lilasbleu (lilasbleu) wrote,
lilasbleu
lilasbleu

Categories:

Моральное устаревание книг

Взяла почитать "Блокадную книгу", привезла ее в чемодане. После чтения новых книг о блокаде два главы просто-напросто вызвали раздражение советскими мифами о том времени. Первая - "На работе": заводы работали, дети заменили умерших отцов. В первую зиму стояло 90% заводов, а остальные работали не в полную мощность, ни сырья, ни работников, ни электричества не было. Средний возраст рабочих примерно не изменился за всю войну, а подростки умирали первыми (вымерло 90% всеми брошенных ленинградских "ремесленников" - учащиxся ремесленных училищ).

Вторая глава - "Что можно было сделать" - о руководящей роли КПСС. Ум, сила, энергия в организации жизни блокадного города. Хотя все это было дрянным и бездарным, начиная с летней эвакуации детей, когда их вывозили навстречу немцам, пользуясь старыми планами эвакуации, разработанными для войны с Финляндией. Выдача карточек (в дневнике Барташевич хорошо раскритиковал, испытав на собственной шкуре). Цензура и перлюстрация писем. Репрессии продолжались и расстрелы за "упаднические настроения" (книга "Неизвестная блокада"). В феврале запретили вывозить трупы в светлое время суток, чтобы этим видом не раздражали начальственный взор. И т.п.

Вторая часть "Блокадной книги" с дневникoм Юры Рябинкина просто все переворачивает и оставилa очень гнетущее ощущение. «17 сентября. Сегодня произошло важное событие для нашей семьи. В нашу квартиру вселяется управляющий строй-трестом. Некий И. с женой…» (Игошин) «29 октября. Но самое обидное, самое плохое для меня, что я здесь живу в голоде, холоде, среди блох, а рядом комната, где жизнь совсем иная – всегда хлеб, каша, мясо, конфеты, тепло. Яркая эстонская керосиновая лампа, комфорт. Это называется завистью, то, что я чувствую при мысли об Анфисе Николаевне, но побороть ее не могу…" «9—10 ноября. И все-таки могу твердо сказать. Не будь рядом сытых, я бы ко всему привык. Видя на нашей кухне кастрюли с недоеденными обедами и завтраками Анфисы Николаевны, я не могу больше… Pазрываюсь на части, буквально конечно, нет, но кажется… И запах хлеба, блинов, каши щекочет ноздри, как бы говоря: „Вот видишь! Вот видишь! А ты голодай, тебе нельзя…“ Я привык к обстрелу; привык к бомбежке, но к этому я не могу привыкнуть — не могу!... Сегодня вечером после тревоги сходил в магазин, что на Сенной. В рукопашной схватке в огромной тесноте, такой тесноте, что кричали, стонали, рыдали взрослые люди, удалось ценой невероятных физических усилий, протискаться, пробиться без очереди в магазин и получить 190 г. сливочного масла и 500 г. колбасы из конины с соей. Когда я пришел домой, почувствовал сильные боли в груди, точно такие, какие я испытывал два года тому назад ». "24 декабря... Крайняя к кухне комната занята И-выми. О них нечего говорить. Весело топится у них в комнате буржуйка, вкусный запах идет из-под их дверей, счастьем, чувством сытости светятся лица жильцов этой квартиры. И рядом... пустая комната, оклеенная коричневыми обоями; окно разбито, гуляет холодный ветер с улицы, голый дубовый стол у стены и голая этажерка в углу. Пыль и паутина по стенам..." 16-летний Юрa Рябинкин умер от голода в январе 1942 и даже не упомянут в Книге памяти «Возвращённые имена», как будто его никогда и не было, a Игошин, поди, медаль "За оборону Ленинграда" получил. В общем, творение под названием СССР (совок) и в 40-е годы было уже весьма гнилым.

Дневник историка Князева, любителя Ленина, из второй части "Блокадной книги" так и не заинтересовал.

Взяла в Орле с полки книгу этого же Гранина "Река времен", нечто вроде очерков, почитать в самолете. Издана в начале 80-х. Это вообще неудобоваримое, везде: Ленин то, Ленин наказал сё, партия повела туда и сюда. Тьфу! В раздражении швырнула эту книгу в мусорку в аэропорту, об остальных оставленных книгах не сожалею. Есть чтение поинтересней.

Ю. Казаков и Ю. Трифонов читаются сейчас нормально, не такие конъюнктурные. Казакова печатали мало, и он спился.
Tags: блокада, мифы и легенды
Subscribe
promo lilasbleu january 4, 2014 10:04 51
Buy for 20 tokens
На Всемирной выставке 1900 года была улица Будущего - «la rue de l'Avenir"- движущийся электрический тротуар, созданный американскими инженерами Schmidt и Silsbee, которые ранее сделали такой же для Всемирной выставки в Чикаго в 1893 году. Тротуар проходил по всей выставке в виде…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments