August 17th, 2017

Санитарные нормы в Китае

Француз Laurent Fortin 48 лет сидит в тюрьме в Китае уже пять месяцев из-за ... просроченной муки. Лорен отправился в Китай в 2016 году работать во французской фирме "Farine Bakery" на два года. Фирма открыла в Китае рестораны, бистро и булочные. Уже в процессе открытия столкнулись в драконовскими санитарными нормами Китая. В марте 2017 года санитарные нормы в Шанхае еще ужесточили, и ввели вознаграждение за доносы. В этом же месяце марте во время санитарного контроля Лорен был арестован с семью другими работниками за просроченную муку, а все булочные и рестораны фирмы закрыли.

С тех пор он находится в заключении. Поначалу в камере не было ни стула, ни кровати, после вмешательства французского консула эту мебель ему выдали. Телефонные звонки запрещены, а полученные письма, прочитав, он не имеет права хранить. Медикаменты от давления и боли в спине ему дают китайские, от которых никакого толка. Булочник рискует получить от одно до 15 лет тюремного заключения, несмотря на тест лаборатории, показывающий, что в муке нет ничего вредного. Начальник фирмы "Farine Bakery" сбежал из Китая.

"Le Figaro"
promo lilasbleu january 4, 2014 10:04 51
Buy for 20 tokens
На Всемирной выставке 1900 года была улица Будущего - «la rue de l'Avenir"- движущийся электрический тротуар, созданный американскими инженерами Schmidt и Silsbee, которые ранее сделали такой же для Всемирной выставки в Чикаго в 1893 году. Тротуар проходил по всей выставке в виде…

Ничего мы не знаем о нашей аудитории

"Удивительно, что хотя нас уж больше года как раскулачило НТВ, народ все еще узнает меня в местах неожиданных, вроде рыночных ворот, где всегда небольшие скопления торговых старух. Там обычно на перевернутых ведрах сидит пять-шесть бабулек с укропом, зеленым луком, закатанными неизвестно когда банками и засоленными без любви огурцами.

Сегодня покупала у одной такой букет для засолки. Старуха выглядела так, будто умерла уже давно, но все никак в гроб не ляжет, - а то кто торговать будет? У нее были банки с опасными грибами, придушенные овощи в мутных пакетах и редиска с землей. Букеты у нее тоже были ниже всякого мыслимого стандарта: лист хрена всего один, смородиновый прутик засох, а чеснока совсем не положено.

- Где же чеснок? - спросила я.

- А Дуня где? - вопросила старуха неожиданно зычным, прямо-таки мужским голосом. - За Чубайсом замужем?

Видимо, это было ответом на мой вопрос. Я представила, как она сидит перед телевизором, иссохшая как Кощей, с всклокоченными серыми волосами, и смотрит неподвижными, ввалившимися глазами на ночной экран. Нас же показывали в час ночи. Смотрит не мигая, слушает про средневековую историю, про якутский язык, про обериутов, про балет, про тюремные нравы, про японскую поэтику, про императора Александра Первого и старца Федора Кузьмича. После, в третьем часу, выключает телевизор, ложится навзничь, в вязаных носках, и долго лежит без сна, глядя в серый ночной потолок.

Ничего мы не знаем о нашей аудитории."

Татьяна Н. Толстая